Разочарование в любви или Откуда родом обесценивание?

Разочарование в любви или Откуда родом обесценивание?Разочарование в любви часто воспринимается как дверь, за которой все кончается, особенно в нашей культуре, где сейчас принято уходить и физически.
Однако, любви без разочарования не бывает. Даже если любовь кажется настоящей или совершенной, было бы явным преувеличением надеяться, что все так и останется навечно.
Очень много зависит от отношений и способности обоих партнеров постоянно восстанавливать связь, не пытаясь непременно решать те аспекты их отношений, которые приводят к фрустрации, разочарованию и злости.
(Марк Эпштейн (психиатр))

 

 

В основе обесценивания

лежит неисчерпаемая тяга инфантильной части личности к поиску идеального объекта. «Хочу, что ты был такой (сякой, эдакий, сидел так, смотрел так, понимал вот так, вел себя вот так и прочее). Тогда ты хороший/подходящий. Ага, не так сидишь-смотришь-говоришь!? Все, плохой, не подходишь»…

В таком контексте ищущий воспринимает не столько человека перед собой, сколько носителя определенной функции, «того, кто должен».

Понятно: чем больше детская, инфантильная часть, чем сильнее ранний дефицит, в совокупности с истончено-хрупкой и незрелой наблюдающей частью, тем аффективнее будет процесс, а гнев и возмущение способно принимать весьма эксплозивные формы.

По сути, это бесконечный поиск материнского удовлетворяющего объекта. Поиск с искаженным наблюдающим Я, поскольку весь Мир — не мама, он самовоплощается по законам обмена, а не бесплатности. Или основным законам природы, Мироздания, Вселенной, физики, кто чем измеряет.
Всему этому есть объяснение. В детстве в отношении этих людей происходило подобное со стороны заботящихся фигур, что превращало детей в функцию «я то, чего изволите».

В детстве этих людей не происходило закономерной и достаточной для того периода идеализации, с последующей — уже на другом этапе — деидеализацией, поскольку заботящиеся фигуры были, скорее всего, незрелы, неустойчивы (противоречивы) и психологически хрупки сами.

Таких родителей ребенок бессознательно бережет и спасает. В тревоге он начинает контролировать ситуацию, бессознательно опираясь на фантазию об апокалипсисе, ведь если они «развалятся», ему точно не выжить в этом тяжелом мире, который — и он отчетливо видит доказательства тому — не способны выдерживать даже взрослые.

Бессознательный поиск объекта, который смог бы «возместить» ту раннюю утрату, того, кто был бы идеален для слияния-отражения-поглощения, может длиться нескончаемо долго (в особых случаях — всю жизнь).

Особенно, если опыт отсутствия идеального объекта во взрослом возрасте никак не перерабатывается и не присваивается, и человек только и делает, что меняет одних (сначала восхитительно идеальных) неидельных людей на других.

Личность, психологически, более развитая

отличается все же способностью к восстановлению отношений после обнаружения, что Другой не соответствует вложенным в него ранее ожиданиям. Такой человек способен найти внутри этих отношений НЕЧТО ЦЕННОЕ, что может — даже несмотря на неидеальность Другого — наполнять данный союз смыслом.

То есть разочарование больше напоминает печаль, грусть, или горевание о том, что Другой не совершенен и никогда не сможет оправдать вложенных в него ожиданий полностью. Принятие факта, что Другой является иным, а вовсе не таким, как бы мне хотелось.

Обнаружение и примирение с этим ради чего-то иного, что в этих отношениях все же есть. Не на сто процентов, но, например, на восемьдесят пять, и это в разрезе сегодняшнего дня. А завтра это может быть на двадцать восемь всего. А послезавтра неожиданно возрастет до девяносто пяти. И так далее, пока длятся отношения — они будут наполняться динамикой.

Пока любые отношения живы — в них заложены потенциал, возможности и энергия создать (обнаружить, понять, увидеть) что-то ценное.

У обесценивающего чаще всего есть либо 100% соответствия, либо 0%, и смысл отношений ищется также — по принципу «все или ничего».

Когда нет связанности ни с прошлым, ни с будущим, невозможно динамику увидеть, а затем ее учитывать, выискивая «неидеальный смысл», поскольку есть лишь плоская статичная картинка происходящего, ярлык…

Процесс очарования и разочарования, в отличие от идеализации с последующим обесцениванием, на мой взгляд, отличается способностью к продолжению поиска смысла в том, чтобы отношения сохранить.

Очаровываться и разочаровываться точно возможно без расщепления, не вытесняя чувств другого полюса.

Иными словами — это способность переживать амбивалентные чувства, в то время как при идеализации и обесценивании есть всего один полюс — «хороший» или «плохой», другой словно вычеркнут. Так нарушено видение реальности, которая всегда многогранна, ибо у всего в мире есть и оборотная сторона.

(Н.Холина)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.