Про пассивную агрессию

Если с понятием «агрессия» не все ясно, часто, именно жертва обвиняется в провокации агрессора, то, обычно, звучит слово «пассивная» агрессия. Разберемся, всегда-ли пассивная агрессия такая уж «пассивная»?

Про пассивную агрессию

«…Еще хуже со словом «пассивная». Психологи, описывая явление, часто называют пассивной агрессией «подавленный гнев». Мы, психологи, конечно, специалисты по внутреннему миру людей. Но мне хочется спросить у самых крутых специалистов, видимо, обладающих третьим глазом. А как вы поняли, что это именно подавленный гнев? А не подавленная печаль? Или подавленная радость? На какие проявления вы опираетесь, чтобы считать это именно гневом?

Если по прошествии какого-то времени выясняется, что человек действительно желал зла и причинял своим бездействием ущерб намеренно и сознательно, то это, извините, никакая не «пассивная агрессия». Это агрессия активная, но без яркого аффекта (которым часто сопровождается гнев), без криков и размахивания руками.

Хладнокровное расчетливое убийство — это очень даже активная агрессия, хотя часто лишено любого признака гнева.

Неоказание помощи человеку, который от тебя зависит всецело и у тебя есть ресурсы на его спасение — это тоже вполне себе активная агрессия, если ты принимаешь решение не оказывать помощь сам и не обращаешься за помощью к тем, кто может ее оказать.
То есть, даже убить человека можно не испытывая к нему ненависти и ничего не подавляя.
Иногда даже ничего не делая.
Достаточно просто не испытывать сострадания к тому, кто страдает.

Так вот, для того, чтобы не испытывать сострадания, мы придумали много способов.
Любимый способ — это позиция сверху. Когда тот, у кого есть ресурсы и влияние обозначает тех, у кого ресурсов и влияние меньше как «они».

«Вот есть мы, у нас есть ресурсы и влияние. Мы — молодцы. И есть «они» — у них нет такого же влияния. Поэтому они — не мы. А если они — не мы, они не такие молодцы. А если они не такие молодцы, то кто ж им виноват.
Ну и, конечно, раз молодцы — мы, мы и будем диктовать «им», как им жить, чтобы нам было хорошо. А если «они» будут сопротивляться и саботировать процесс, то это пассивная агрессия.
Так они еще больше показывают, что они — не мы. Они не с нами. И, значит, с ними можно делать все то, что нельзя делать с нами.»

И это самое страшное место.
Потому что на месте того, с кем можно делать все то, чего со мной делать нельзя, в любой момент могу оказаться я.

Каждый может оказаться в ситуации, когда для активного сопротивления не будет сил, возможности, умений, ресурсов физических или психологических. И только по этой причине будет испытывать давление, которому придется сопротивляться, чтобы сохранить те ресурсы, что остались. Сопротивляться молча, чтобы не уволили с работы, где платят мало, но другой работы в маленьком городе женщине с двумя детьми не найти. Сопротивляться, болея, потому что если ты здорова, то после работы ты забираешь детей из садика сама, идешь с ними в магазин и готовишь ужин. А когда болеешь, то забирает детей муж и суп из полуфабрикатов не вызывает у него приступов совершенно не подавленного гнева.

А так-то да. Пассивная агрессия существует. Только если от пассивной агрессии почему-то весь ущерб несет именно «пассивный агрессор», то это как раз-таки активная агрессия — к пострадавшему.
А если ущерб от чужой «пассивной агрессии» у себя насчитали вы, то внимательно присмотритесь, эта агрессия никак не пассивна, скорее всего речь идет о мошенничестве, абьюзе, махинациях, двойных стандартах и других хорошо известных и тщательно описанных явлениях.»

(С. Панина)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.